Showing posts with label feminism. Show all posts
Showing posts with label feminism. Show all posts

May 21, 2021

the end

Действительно, сколько и я мог заметить, у баб индивидуализм развит еще более, чем у мужиков, бабы еще эгоистичнее, еще менее способны к общему делу - если это дело не общая ругань против кого-либо, - менее гуманны, более бессердечны. Мужик, в особенности если он вне дома, вне влияния баб, еще может делать что-нибудь сообща; он не так считается в общей работе, менее эгоистичен, более способен радеть к общей пользе двора, артели, мира, жить сообща, а главное - мужик не дребезжит, не разводит звяк, не точит. Мужик надеется на свой ум, на свою силу, способность к работе. Баба не надеется ни на ум, ни на силу, ни на способность к работе, баба все упование свое кладет на свою красоту, на свою женственность, и если раз ей удалось испытать свою красоту - конец тогда.

 стр 272

March 11, 2021

why I am not a feminist

Это не мой текст, немой. Здесь сугубо для иллюстрации того, что выше

К 8 марта. 

Традиционно-непраздничное


Традиционно я не буду ничего писать 8 марта, возможно, даже не буду заходить в сеть, чтобы не видеть все эти «праздники весны и красоты» и поздравления «милым дамам». Но также традиционно считаю себя обязанной написать к этому празднику статью. В конце концов более логично 8 марта получить очередную порцию проклятий и презрения в свой адрес женщины, борющейся за свободу, чем лицемерные цветочки.

Давайте зададимся вопросом, почему феминизм, женское движение, женская повестка дня так или иначе все же пользуется у большинства женщин если не популярностью (люди нынче политически пассивны), то по крайней мере большим интересом; почему при спорах и срачах стороны в большинстве своем разделяются по признаку пола.

Ведь у них же «все хорошо»? Равенство же давно достигнуто, и «есть все права», а даже если чего-то там и нет, то это такие мелочи, ну право, стоит ли это каких-то ссор. Зачем раскалывать... (на выбор, нужное подчеркнуть: семью, рабочее движение, партию, русский/любой другой народ, другое).

Иначе, чем особой бабской вредностью это все никак не объяснить. Мужчины же тоже страдают! Но они же не раскалывают! Давайте попробуем разобраться.

Начнем издалека. У Маркса и Энгельса имеется представление о двух сторонах человеческого бытия: во-первых, производстве предметов, необходимых для жизни (пища, жилье, одежда и т.д.), во-вторых, производство самой жизни. Говорилось об этом в разных местах на разные лады, и впоследствии это тоже не получило единой интерпретации. Вот, например, цитата из «Немецкой идеологии»:

«Итак, производство жизни — как собственной, посредством труда, так и чужой, посредством рождения — появляется сразу в качестве двоякого отношения: с одной стороны, в качестве естественного, а с другой — в качестве общественного отношения, общественного в том смысле, что имеется в виду сотрудничество многих индивидов, безразлично при каких условиях, каким образом и для какой цели».

Здесь мы видим, что и та, и другая сторона жизни называются «производством», и что та и другая сторона предполагают общественное отношение, сотрудничество многих индивидов. Несколько выше в той же главе классики выделяют три стороны, три момента социальной жизни: производство предметов, воспроизводство людей и непрерывный рост потребностей.

Обратим внимание: Маркс и Энгельс не считали, будто воспроизводство жизни – некая «животная» сторона, или как любил выражаться профессор Смирнофф, "Тätigkeit", деятельность; нечто инстинктивное и само собой разумеющееся. Воспроизводство жизни; сторона равноправная производству предметов, и она настолько же человеческая, и настолько же общественная, как и последнее.
Это может кого-то удивить, но воспроизводство жизни происходит и сейчас, оно не прекращается ни на минуту, независимо от того, какой там в стране уровень рождаемости; И В ЭТОЙ ОБЛАСТИ ЖЕНЩИНЫ ЧУВСТВУЮТ СЕБЯ БРОШЕННЫМИ И НЕСПРАВЕДЛИВО ОБДЕЛЕННЫМИ.

Разумеется, массово женщины так не мыслят, это скорее внутреннее ощущение общей несправедливости жизни, нечестной по отношению к женщине. Разумеется, могут быть женщины, которые либо не имеют семьи, либо имеют, но рассматривают ее совершенно иначе; могут быть разные варианты, мы не об этих разных вариантах – мы о том большинстве женщин, о котором речь шла в самом начале. И да – они чувствуют себя несправедливо обделенными. И они в этом правы.

Это нельзя отнести к каким-то специфическим «бабским проблемам». Это один из двух столпов человеческого существования, где весь труд почему-то в основном возложен на женщин. И что еще более важно – равнозначимость этого области и другой, производственной, никто даже и не думает признавать. Эта область – воспроизводство человека - не то «женское удовольствие» и «женские инстинкты», не то «хобби для родителей», не то «животное и само собой разумеющееся занятие», не то какая-то мелочь, не стоящая общественного внимания.

Воспроизводство человека вынесено полностью в частную область и там возложено полностью на ответственность женщин (в крайнем случае – их умение находить себе «помощника», то есть «правильного мужика», договариваться с ним, делегировать часть обязанностей – но отвечает за это тоже женщина).

К области «производства человека» следует относить, конечно, не только сам процесс рождения, выкармливания и воспитания ребенка; сюда же относится и в целом труд по уходу за семьей; уход за престарелыми членами семьи, уход за жилищем, формы ухода за трудоспособными членами семьи – например, приготовление пищи. Где-то во 2й половине 20 века в разных странах возникла идея, что мужчина может во всем этом «помогать» или даже «делить поровну», но организация такой помощи, делегирование, «умение найти правильного мужика и с ним договориться» - это проблемы опять самой женщины. До недавних пор женщины в семье делали все это совместным образом, воспроизводя крайне архаичную родовую общину: отсюда диктат свекрови и матери, подчиненное положение молодых женщин, «естественная» обязанность бабушек воспитывать внуков, строго регламентированное воспитание девочек с внушением мотивации «выйти замуж, родить нам внуков».

Но сейчас и эта архаичная «женская недообщина» распалась, и бабушки все реже сидят с внуками, а молодые женщины старательно избавляются от диктата старших. Однако «производство человека» как было частным и почти исключительно женским делом – так и осталось. Да, есть отдельные образцовые мужья и вовлеченные отцы, но заметим, это является их сознательным решением, и массовым явлением, увы, не стало, да и не могло стать.

Этот гигантский труд по производству человека при этом даже не получает какого-то признания со стороны общества, более того, cейчас он потерял вообще право называться трудом. В патриархальной традиции хотя бы существовало моральное поощрение матери, признание ее труда (вспомните Льва Толстого, вспомните, например, как в советском фильме девочка говорит «Но разве у матерей мало работы?») Сейчас так говорить не принято. Мать не трудится, воспитывая детей, она развлекается и занимается любимым хобби на деньги мужа (которого как бы «эксплуатирует», ведь вообще-то она сама должна зарабатывать деньги на свои хобби). Даже упомянуть о том, что дети – это труд, уже некошерно, поднимается вой: как это, как это, деточка – и вдруг труд?! Да деточка – это же частное дело, не дай бог еще кто-то вмешается (хотя качество «выращивания деточек» подвергается все более строгому общественному контролю), деточка – это же радость в режиме 24/7, сплошное непрерывное счастье! Мужчины рассказывают нам о том, как радостно и прекрасно для женщины хлопотать и заботиться о любимых людях, «это же для любимых»! То есть этой работы вообще не существует.

Кроме того, как известно, сейчас все делают своими руками мультиварка с пылесосом.

Но радостная или нерадостная, легкая или тяжелая, эта работа и затраченное на нее время все равно никуда не деваются. Можно под влиянием пропаганды считать эту работу «любимым хобби на шее у перетруженного мужа», но она и при этом раскладе никуда не исчезает. Это время – реальное время жизни женщины. Его кто-то должен затрачивать – все равно кто, как, и под каким соусом. Это действия по производству жизни, и они неминуемо должны быть cовершены. Так или иначе, но женщин нужно каким-то образом – явно или скрыто – убедить их совершать.

Вокруг этого рабочего времени, вокруг этого производства жизни и наросла «патриархальная культура» и представления об «особой роли», «особой психологии» женщины. Женщина может не иметь детей и даже сама (если это молодая девушка) быть объектом обслуживания дома, например, со стороны своей матери. Но и в этом случае она будет непрерывно ощущать себя «другим полом», особенным видом человека. В каких-то случаях это может ей даже нравиться. Но гораздо чаще она чувствует здесь и там некие ущемления, которые вроде бы и не должны ее касаться – но касаются.

Лучше принять в институт мальчика, а не девочку – ведь девочка все равно родит, и зачем ей это образование. И на работу лучше принять парня, ведь девочка родит и уйдет в декрет. И на курсы повышения квалификации послать мужчину, потому что мужчины в принципе лучше, по своей природе, и они «добытчики». И зарплату надо побольше дать мужчине, ведь ему «кормить семью», а женщину и так муж кормит. Существуют целые отрасли с нищенской зарплатой, на которую никак не прожить в одиночку – и работают там женщины в расчете на «кормящего мужа». Абсурд: она те же 8-10 часов трудится на рабочем месте, зачастую достаточно тяжело; она еще осуществляет вторую смену дома – но при этом «сидит на шее мужа», ведь без его приличной зарплаты не то, что упадет уровень жизни – а можно будет сразу идти на улицу.

Если же у женщины нет мужа, который кормит – ну это она сама виновата, вы же понимаете.
Не нашла вообще, потому что «страшная», или вышла не за того, за кого надо. Правда, и у мужчин-работников при капитализме зарплата очень часто нищенская, поэтому почти все женщины выходят «не за тех, кого надо».

Отчасти давно уже понятно, что без обобществления хотя бы части труда по воспроизводству человека никакое дальнейшее существование невозможно. И да, чем более развита страна, тем более развито это обобществление. Есть общественное воспитание детей (садики, школы, продленки), есть уход за престарелыми, инвалидами, больными, есть, наконец, общественное питание (кафе и доставка) и даже клининговые фирмы. Но женщины, которых с детства обучали «варить борщ» и воспитывали в духе домашних обязанностей, чаще всего и работать идут именно в такие отрасли, то есть и в обобществленном воспроизводстве человека основная роль опять принадлежит женщинам. Попытки женщин устроиться на «мужскую» работу – от программиста до автомеханика – иногда удаются, но в целом женщине психологически трудно на такой работе, ее преследуют шутки о «морской свинке», к ее работе пристально присматриваются, «а способна ли она вообще», ей приходится преодолевать массу препятствий. Да и не подготовлена она к этим видам работы, все ее воспитание этому противоречит – ведь девочка «не должна» любить технику, девочка «ничего не понимает» в математике.

Как следствие, мы видим сонм «женских профессий», низкооплачиваемых, неуважаемых. Сам тот факт, что человека можно оскорблять в интернете только за то, что он работает медсестрой в уходе за престарелыми, можно отбирать у такого человека само право на высказывание – «иди лучше задницы мыть» - говорит о тяжелой и глубокой шизофрении общественного сознания. Ведь эти оскорбляющие убеждены, что их поведение многими будет воспринято благосклонно и одобрительно, иначе все это не писалось бы. Между тем совершенно непредставимо, что письменное творчество, например, слесаря, воспринималось бы таким образом: «иди лучше за свой станок детали точить». Наоборот, подобные, даже «простые» профессии воспринимаются с уважением – ведь они относятся к области производства предметов, а не людей, и они мужские, а не женские.

Женщины замечают все эти моменты – и мелкие несправедливости в распределении постов и благ, и подколки, и общественное отношение к «женским» профессиям, и конечно, низкую зарплату, как следствие – низкую пенсию. Женщина живет и варится в этом с детства. Некоторым, особенно благополучным и образованным, богатым дамам, удается избежать связанных с этим неприятностей, и они громогласно требуют себе «поклонения, цветов и драгоценностей», «потому что я женщина». Такие выгодополучательницы – ничтожное меньшинство, но именно они задают тон и выдают себя за «женщин вообще».

Голос обычной женщины-труженицы почти не слышен. Да она и не поднимает его – ведь от нее ожидают милой, скромной непритязательности, ведь именно это считается «женской мудростью» (привлекающей, по легенде, богатых и заботливых мужчин). Она не пытается ничего сказать, хотя в глубине души чувствует, как жутко, неправильно, тяжело складывается ее жизнь. Она живет в этом двойном гнете – помимо обычной капиталистической эксплуатации усиленная, двойная. И не только на работе, но и дома (прямо или под соусом «любимого хобби на деньги мужа» - тут неважно).

Стоит же такой женщине поднять голос, ее немедленно обвиняют в «феминизме». Мейнстрим обвиняет ее в феминизме вообще, а левые, которые, кажется, если исходить из их же классики, должны понимать и сочувствовать – обвиняют в некоем «буржуазном феминизме».

Само собой разумеется, феминизм во всем мире крайне неоднороден; и в нем, как и в любом другом общественном явлении, есть достаточно фриков и достаточно проплаченных, выгодных власть имущим течений. Например, в левом движении тоже много фриков и оппортунистов. У феминисток по всем вопросам совершенно разные мнения. Но нравится ли левым, когда их всех ассоциируют, например, с Пол Потом? Или нравится ли несистемным коммунистам, когда их ассоциируют с КПРФ, и говорят, что «все коммунисты одинаковы»? Точно такой же прием применяют они сами против любого женского движения: выискивается (желательно где-то на Западе) какая-то особенно одиозная фрическая феминистка или течение, и на основании этого выносится приговор всему феминизму вообще. Если же, к примеру, марксистские феминистки пытаются заметить, что они-то совсем о другом – «критики» уверенно заявляют, что нет, мол, все вы одинаковы, просто вы слишком тупы, чтобы заметить свое полное сходство с какой-нибудь критикуемой нами западной феминисткой.

На самом деле cовременный феминизм – это про дяденьку, который почувствовал себя лосем! Ах, вы вообще не занимаетесь трансами, вас не интересует «идентичность», и вы в принципе тут про рабочее время? Да не порите ерунды, все знают, что феминизм – это про дяденьку-лося или про детей, которых насильно оперируют, а если вы не знаете, значит, вы дуры! Примерно на таком уровне у нас левые ведут критику «буржуазного феминизма».

А с кем женщине поговорить о затрачиваемом рабочем времени на производство человека, об отношении общества к производству человека? Получается, что кроме марксистских феминисток, и не с кем. Но тех крайне мало, и они тоже подвергаются травле и остракизму.

В левом движении женщине предлагается заткнуться о своей жизни и лучше посочувствовать рабочим, причем исключительно тем, кто занят индустриальным производством предметов. Сиделкам и продавщицам сочувствовать нельзя, ведь они не истинные рабочие. Нельзя даже призвать их к забастовке – ведь они не революционны согласно «научной теории»!

А женщине да, хотелось бы услышать о том, что составляло содержание всей ее жизни – а это может быть, физическое насилие со стороны мужчин, это может быть непрерывная борьба за то, чтобы хоть как-то прокормить детей, это глубокая, постоянная несправедливость, которая преследовала ее, может быть, с детства и юности, с каких-то мелочей, замечаний, слов – и до нищенской зарплаты за тяжелый труд. Женщина знает о своем в первую очередь социальном отличии от мужчин – хотя и не всегда понимает, с чем оно на самом деле связано.

В самом деле показатель ментального здоровья и адекватности коммунистов – это понимание ситуации с трудом по производству человека. Понимание того, что при коммунизме такой труд будет являться более важным, более уважаемым, более первостепенным, чем «производство предметов». Просто по той причине, что развитие и счастье каждого человека – основной императив коммунизма. И уж конечно, этот труд и эта сфера жизни станут общими и не будут связываться исключительно с женским полом – что и приведет к желанному равенству, и к возникновению культуры, где «женское» ни в коей мере не будет второстепенным.

К 8 марта. Традиционно-непраздничное
 

February 21, 2021

Paglia


February 4, 2021

coming out again

Каминг-аут: почему я не феминистка


29 января 2021 Малка Лоренц

В наше время в этом неловко признаваться, но я все–таки признаюсь – я не феминистка. Мои приятельницы – феминистки поголовно – меня за это очень порицают. Мол, все прогрессивное человечество уже это самое, одна я плетусь в хвосте эволюции. И неужели меня не волнует участь женщин, вынужденных обитать в этом свинском шовинистическом фаллоцентричном мире. И как мне не стыдно стоять в стороне от борьбы.

Вообще-то быть феминисткой хоть и актуально, но очень невыгодно. Мужчины пугаются и отказываются делиться ресурсом, справедливо опасаясь, что здесь перед ними не будут благоговеть. А женское сестринство оборачивается склоками на тему, какой феминизм феминистичнее, т. е. опять вместо профита одни пустые хлопоты.

Кавалер за тебя не заплатит в ресторане, потому что ты же хотела равноправия, вот и получи (хотя в данном конкретном случае ты хотела не равноправия, а креветок с чесноком). А подруги поставят тебе на вид, что ты вообще пошла с ним в ресторан, поощряя тем самым его шовинистические заблуждения. В итоге ни подруг, ни креветок – печальная судьба.

В современном феминизме меня удручает то, что из внятной и справедливой идеи родилась целая философская школа, в которой уже не найти концов. Все заняты сложной многоступенчатой категоризацией угнетенных и поиском решений одно другого экстремальнее, в диапазоне от небритых ног и прочего бодипозитива до полного отказа от гетеросексуального партнерства. За этими бесконечными попытками насолить проклятому патриархату как-то затерялся первоначальный посыл, который заключался в простейшей мысли, что женщина тоже человек. И что нельзя обращаться с ней как с животным (с рабочей лошадкой или с домашним питомцем) только потому, что она физически слабее мужчины.

Идея-то была простейшая и состояла она в том, что нельзя обижать тех, кто слабее. Это была когда-то часть общего тренда на гуманизацию общества, и женское бесправие стояло в одном ряду с рабством и людоедством. Как обстояло дело в начале, так сказать, пути, и как далеко мы продвинулись в этом направлении, – эту информацию можно почерпнуть из художественной литературы. В конце XIX века все литераторы (не все, конечно, а только реалисты) страшно болели за народ и только и делали, что вскрывали язвы.

У Вересаева, который написал «Записки врача», есть отличная повесть «Два конца». Это такая экскурсия в народную жизнь, причем в городскую (про сельские бедствия и без него было кому писать). Герой – переплетчик, т. е. не маргинал какой-нибудь, а квалифицированный рабочий, газеты читает и ходит с тросточкой. По понятиям того времени приличный человек и соль земли. Содержит семью, семья занимает комнату (а вы думали, коммуналки Советская власть изобрела?). Жене выдает на хозяйство, регулярно напивается, отбирает то, что выдал, и колотит жену самоваром. Жена порывается обучиться профессии и тоже идти работать, не потому что она сумасшедшая, а потому что не во что обуться плюс задолжали в лавке. Муж запрещает, он желает быть главой и кормильцем, пока ноги держат. Ну и опять же, чтобы жена не перестала трепетать, выйдя из финансовой зависимости. Запрещает-запрещает и в конце концов умирает от чахотки, а как же.

Ну, про ужасы эксплуатации мы все знаем, в школе все учились. Но в школе учат в основном про эксплуатацию рабочих-мужчин. А тут повесть продолжается и после смерти главного героя. Перед нами разворачивается панорама жизни женской части рабочего сословия. Жена, молодая женщина с шестилетним ребенком, сперва мыкается по каким-то фабрикам, берет работу на дом (фриланс), снимает уже не комнату, а угол. В общем, бедствует, пока ее не нанимает из сострадания работодатель покойного мужа (социальная защита такая, ага). Она начинает работать в той же переплетной мастерской, только в женском цехе (там требуется меньше квалификации, чем в мужском, там более простые операции – соответственно, теткам и платят гораздо меньше). Мастер сразу ей объявляет, что без сексуальных услуг расценки будут низкие, а штрафы высокие, и она обнаруживает, что это обычная практика на предприятии. Плюс фоном идут скотские притязания знакомых мужчин в свободное от работы время. В итоге она снова выходит замуж, чтобы укрыться от этих ужасов, и это считается благополучный конец, потому что она не пошла, например, на панель.

В скобках заметим, что такие звериные нравы царили все-таки в необразованной среде. Жене приват-доцента ничего подобного не грозило ни до смерти мужа, ни после. Ей бы целовали руку и подавали пальто, и уж конечно, никто не предлагал бы ей секс на верстаке.

При этом мужской коллектив мастерской прекрасно себя чувствует – у них квалификация, у них высокие заработки, у них солидарность и взаимовыручка, хозяин с ними на Вы, и тому же мастеру они в случае чего и в рыло могут прописать. Женщина слабее мужчины, тут ничего не поделаешь.

Она слабее физически: ее можно изнасиловать, потому что ей все равно не отбиться, и от такой же работы она сильнее устает и быстрее теряет здоровье. Она слабее экономически: ее не допускают до высокооплачиваемых позиций, плюс она первый кандидат на увольнение. Она слабее эмоционально: ее легче запугать и проще убедить. В итоге ее угнетают кто во что горазд – и физически, и экономически, и эмоционально.

Прошло 100 с лишним лет, налицо невиданный прогресс. Женщины бороздят что хотят в смысле работают сколько влезет (вот радость-то) плюс они получили противозачаточные таблетки, хоть одной бедой меньше, ура. По остальным пунктам картина предстает немного менее лучезарная.

Наш переплетчик в 1903 году истязает свою жену на регулярной основе. В 2020 году в России только за апрель было зарегистрировано (это ключевое слово, на самом деле все цифры умножаются на много и на очень много [сколько? интересно же]) более 13 тысяч обращений по поводу насилия в семье. В мире избиениям подвергается вообще каждая третья женщина.

Героиня убивается на работе наравне с мужчинами, но имеет более низкий статус и вдвое меньший заработок. По данным на 2020 год женщины в России зарабатывают на треть меньше мужчин, и до топ-должностей добирается всего 7 % женщин.

Героиня на рабочем месте подвергается харрасменту и шантажу. На эту тему реальной статистики быть не может, просто поспрашивайте знакомых женщин – им есть что рассказать. Одинокой вдове посторонние мужчины норовят из романтических соображений высадить дверь. В российской глубинке незамужняя женщина ровно так же беззащитна и на ночь подпирает дверь топором: ничья женщина – это общая женщина, такой там девиз. Статистику изнасилований приводить бессмысленно, это даже не верхушка айсберга.

Средний российский мужчина ровно так же командует женой и ожидает от нее полного сервиса, с той разницей, что он, в отличие от вересаевского персонажа, не стесняется при этом сдавать жену внаем – абсолютное большинство российских женщин плюс ко всей этой роскоши еще и ходит на работу, т. к. без второго заработка семье не выжить.

Т. е. у средней современной россиянки беспросветное замужество героини удачно комбинируется с ее беспросветной трудовой деятельностью. Гигантский, гигантский прогресс. Практически победа. Мелкий жемчуг и жидкий суп: как устроено социальное неравенство в потребительской России

Когда я читала эту повесть в первый раз, я была страшный рыночник и полагала, что все дело в бедности. Что героиня так уязвима и бесправна не потому, что она женщина, а потому, что она из рабочего сословия и не имеет ни кола, ни двора (здесь я посылаю горячий привет интерсекциональным подругам). Будь она не вдовой пролетария, а вдовой, например, богатого купца и владей она парочкой доходных домов – никто бы ее не притеснял, а все бы только кланялись и лебезили. Вот в таком убеждении я пребывала много лет, а потом мне попался на глаза фильм «Белая масаи».

Фильм игровой и даже как бы художественный, но снят по реальным мемуарам героини, в которые она сублимировала свой драматический опыт. Это история швейцарской гражданки, гражданка прилетела в отпуск в Кению (кажется, масаи – это в Кении?) со своим швейцарским же бойфрендом и увидела там местного паренька. Паренек показался ей прекрасным, как леопард. Ее так пронзило, что она отправила бойфренда обратно в цивилизацию, а сама пошла пешком замуж за это дитя природы – реально пешком и реально в африканскую деревню, где из культурных достижений только эмалированный тазик. Дитя природы с ней особо не церемонилось, там с бабами разговор короткий, и кормить ее тоже не заморачивалось, зато заморочилось сделать ей ребенка и приноровилось засаживать любимой в бубен за любое слово поперек.

Ага, смекнула гражданка Швейцарии. Это, наверно, потому, что у меня денег нет. В смысле есть, но они дома в Цюрихе. Перетащу-ка я их сюда под пальму, размышляла девушка, открою лавку, стану в деревне первая леди, тут он меня и зауважает. Поймет, кто тут главный.

Сказано – сделано. Завела магазин со всякими товарами, нужными для крестьян, например, с пивом и чипсами. В ответ на это ее леопард стал водить в эту лавку всех знакомых (примерно полдолины) и взял привычку раздавать им товар бесплатно и с такой щедростью, что наша бизнес-леди аж присела. А когда она намекнула, что не офигел ли он, то угадайте что случилось. Это в Швейцарии у себя она могла выйти за бедняка, и он бы как миленький сидел у нее за кассой, потому что швейцарцы культурная нация и к собственности относятся трепетно. А тут, на лоне баобабов, она не владелица бизнеса, а баба с фанабериями, которую учить и учить. Не съели и спасибо, я считаю. Она потом оттуда с помощью посольства еле ноги унесла, со спецназом эвакуировали.

Таким образом мы приходим к выводу, что деньги тоже не панацея. Точнее, панацея, но не везде.

Получается, что женщина может чувствовать себя свободной, не униженной и в безопасности только там, где мужчину с детства обучают есть ножом и вилкой (зачеркнуто) не обижать и не гнобить другого человека только потому, что у другого человека не хватит сил его искалечить. То есть она должна принадлежать к образованному классу в развитой стране.

И плюс к этому хорошо бы, чтобы у нее были деньги. Просто на всякий случай. Для надежности. Для усиления эффекта.

Вот тогда мы за нее спокойны.

И тут я позволю себе заметить, что в 1903 году дело обстояло ровно так же. За 100 с лишним лет феминизм подарил женщинам оральную контрацепцию (спасибо), декретный отпуск (спасибо) и очень много разных новых слов. В остальном не изменилось ничего.

why I am not a feminist

Татьяна Безручко

Право женщины, против которого выступают феминистки

Я тут посмела на днях написать, что не воспитываю дочь как пацанку, а стараюсь прививать ей понятие о женственности. Боже мой, что тут началось.

И выяснилось, что феминистка я не правильная, и что девочкам надо думать об учебе и больше ни о чем. И что если завиваешь волосы и делаешь маникюр, то карьеру не сделаешь. И что если замуж хочешь, то тоже, разумеется, карьеру не сделаешь. И что вообще замуж и детей хотеть это фи, у свободной женщины другие высокие интересы. И что носить надо не платья, а милитари. Одна дама с вытекшими мозгами вообще додумалась написать пожелание, чтобы моя дочь насилию подверглась из-за того, что я ее как девочку воспитываю, а не как пацанку.

Омг, феминистки, да откуда же у вас такая жуткая ненависть ко всему, что ассоциируется с нашим полом? Откуда такое желание отринуть все женское? Где вообще хоть капля уважения к себе, если вы все традиционно женское считаете недостойным. Ну, идите тогда и меняйте пол, будете счастливым мужиком, раз вам так противно все женское.

Быть женщиной - это очень классно, особенно, в наше время в цивилизованных странах. У нас есть выбор. Кто хочет - ищет мужа с патриархальными взглядами и с удовольствием оседает дома, чтобы заниматься детьми и хозяйством. Кто хочет - строит карьеру. Кто хочет - носит кроссовки и джинсы, кто хочет - юбки и каблуки. Реально полная свобода.
 

Когда радикальная феминистка [пожалуй, единственный вид феминизма, который лично мне понятен; остальные понять не могу] увидела девушку в юбке, с прической и маникюром.

Но почему-то радикальным феминисткам мало, чтобы была свобода, надо чтобы женщины всегда делали только один выбор - тот, который отрицает все традиционно женское как позорное. Сидишь дома и занимаешься детьми? Позор, позор, позор. Носишь юбки и читаешь на Дзене блоги про рукоделие вместо блогов про джипы? Позор, позор, позор.

Как же так получилось, что те, кто борется за права женщин, настолько не уважает все традиционно женское. Смиритесь, дамы. Мы отличаемся от мужчин. Не так сильно, как хотелось бы некоторым из них, но отличаемся. Есть традиционно женские занятия, а есть традиционно мужские. Не будет никакой беды, если вдруг традиционно женским занятием занимается мужчина, а традиционно мужским - женщина. Теперь радикальным феминисткам осталось только осознать, что наоборот тоже нормально, ок?

Равноправие - штука отличная, и очень классно, что мы живем в эпоху, когда права мужчин и женщин практически пришли к единому знаменателю. Не во всем, но очень во многом. Осталось только понять, что равноправие - это, по сути, юридическая сторона вопроса в большей степени. А есть еще такое понятие, как восприятие социума. И так устроен наш мир, что социум воспринимает более благожелательно то, что вписывается в его рамки без напряга.

Чем лучше образ человека вписывается в привычные обществу архетипы, тем больше бонусов в социуме он получает. Поэтому при прочих равных женщина с женственным поведением имеет больше возможностей в жизни, чем пацанка. Как и мужчина с мужественным поведением. При этом надо ну совсем наглухо не уважать женщин, чтобы ассоциировать женственное поведение со слабостью. Это может быть дама со стальной волей, железными нервами, супер-успешная в карьере. Потому что одно другому не мешает совершенно.

Женщина - это не синоним слабости. Кто еще сомневается - марш смотреть на то единственное, что женщины могут сделать, а мужчины нет. На роды. После этого ни у кого не повернется женщину слабенькой назвать.

По сути в моем понимании женственность - это и есть внутренняя сила, которую нет нужды выпячивать и демонстрировать, поэтому она и выглядит внешне как нечто расслабленное и уютное.

September 3, 2020

but the men didn't know

мужики

а мужеги-то и не знали: такое раз но образие

имхо: 

современный феминизм для того и создан — шоп жанчынки воевали между собой, в принципе любое левое течение — теоретично, а правое, отлично от левого, занимается телом.
К примеру, создание пилюли, или метода ритма. Всё это сделали люди, далёкие от левизны.

July 10, 2019

oppression by development

Отсюда, любопытное рассуждение:


  • Наталья Крайнова В смысле - о развитии или об угнетении путем развития? Русскоговорящие специалисты там появились тоже в процессе вот этой культурной экспансии. И да, они круто зарабатывали, потому что были по сути высококвалифицированным персоналом. На месте еще не было.
  • касательно длинного поста

    December 18, 2018

    a feminist reply

    Есть тут большой пост "Почему я не феминист", аналог? Б. Рассела :)
    там есть ссылка на фб обсуждение у Тёмкиной, и вот, кусок этого обсуждения:

    лаконично, но непонятно
    есть менее лаконичный, но более уклончивый ответ

    October 16, 2018

    why I am not

    why I am not

    Рут Коппинджер, депутатка ирландского парламента и одна из лидерок движения за право на аборт — 27 октября в Москве!


    В прошлом году мы провели две конференции «Социализм 2017» и «Феминизм 2018», а в этом году мы решили совместить обе темы. Повод отличный — в Ирландии, долгое время считавшейся оплотом консервативного католицизма, женщины добились права на аборт. Борьбой руководили феминистские и левые организации. Одна из лидерок левого феминистского движения ROSA и депутатка ирландского парламента от нашей сестринской Социалистической партии Рут Коппинджер приедет специально, чтобы рассказать как проходила эта историческая борьба.

    Конечно же, на конференции мы обсудим не только опыт Ирландии, но и борьбу за феминизм и социализм в России.

    Читай полную программу конференции и регистрируйся -

    непреодолимое (и вполне обоснованное) отвращение ко всякому социализму

    January 25, 2015

    why I am not a feminist

    Сначала МС была феминисткой и анархисткой -- так пишут. По крайней мере Эмма Гольдман была её сотрудницей, и, видимо, не могла не оказать своего влияния, но -- нет ничего вечного.
    Под занавес МС даже демократического Кеннеди не поддержала, но тут может быть другая причина.

    Феминизм -- монистическая доктрина.

    Монистическая доктрина имеет два свойства:
    1. рождает инакомыслие (видимо такова природа человека) и
    2. борется с ним (чтобы остаться собой).
    Преимущество феминизма в отсутствии (пока) власти, следовательно, и необоснованных массовых репрессий.

    упг:
    научным? методом феминизма являются gender studies, или ОБС (по-русски)

    November 30, 2012

    Women and Social Movements, 1840 --

    Бег алкоголекофф по кромке
    Women and Very Social Movements
    Women and Social Movements, International is a landmark collection of primary materials. Through the writings of women activists, their personal letters and diaries, and the proceedings of conferences at which pivotal decisions were made, this collection lets you see how women’s social movements shaped much of the events and attitudes that have defined modern life. We will be adding regularly to the database to bring it to its final complement of 150,000 pages of documents.

    This release includes about 4,600 sources spanning approximately 150,000 pages, as well as links to 124 online resources. More»

    Women Activists Discuss Their History
    The editors of Women and Social Movements International organized two extraordinary sessions at the 2011 Berkshire Conference in Women’s History, assembling six leaders who have shaped women’s international activism through the United Nations’ Conferences on Women, 1975-1995. Click here to link to these sessions.

    WIG Blog and Discussion Group launched, October 2010

    May 22, 2011

    Русский феминизм

    статья Натальи Пушкарёвой на сайте Наташи Биттен со ссылками на:
    • Айвазова С.Г. Идейные истоки женского движения в России // Общественные науки и современность. 1991, № 4
    • Айвазова С. Русские женщины в лабиринте равноправия. М., 1998
    • Пушкарева Н.Л. Феминизм в России: формы женской социальной активности // Пушкарева Н.Л. (ред. и сост.) Женская история. Гендерная история (Теория и исследования. Учебное пособие). Калуга, 2001
    • Пушкарева Н.Л. У истоков русского феминизма: сходства и отличия России и Запада // Тишкин Г.А. (ред.) Российские женщины и европейская культура. СПб, 2002

    March 22, 2011

    How Women Became Citizens (Hint: It Didn't Happen Overnight!)

    Remembering Women's History Month and the Triangle Shirtwaist Fire, New Deal 2.0 tells the surprising story of how women became citizens. As author and Roosevelt Institute Senior Fellow Ellen Chesler reveals, the long journey is far from over.
    It's hard to fathom today, but for most of human history, and even into our own time, it was simply assumed that women had no need to acquire identities or rights of our own -- except, of course, those enjoyed by virtue of our relationships with men.
    This principle was central to defining American women's claims on citizenship at the country's founding. And it stuck around at the heart of the long and fierce opposition women encountered in seeking rights to inheritance and property, to suffrage, and most especially, to control over our own bodies through legal access to birth control and abortion -- a right now ever precarious. Even violence against women was for many years condoned under the principle of male "coverture" that defined women's legal identities. If you can believe it, the U.S. Supreme Court in 1910 denied damages to a wife injured by violent beatings on the grounds that to do so would undermine "the peace of the household."
    To be sure, there were challenges to this prevailing point of view. Mary Wollstonecraft's visionary 1792 tract, A Vindication of the Rights of Women, claimed on behalf of women the natural rights theories of the French Enlightenment that upheld the sovereignty of the individual. And in 1848, Elizabeth Cady Stanton enumerated a long list of injuries against women at Seneca Falls and launched a suffrage campaign that she did not live to see through to its agonized victory an astonishing 72 years later! Hats off as well to the one really good guy of this era who spoke up for women -- the venerable John Stuart Mill, whose 1869 Essay on the Subjection of Women asked for the first time whether home and family are women's only natural vocations, or whether in a world where formal employment was moving outside the home, wives must necessarily follow.
    Still, deeply entrenched assumptions about gender roles were hard to overcome. Even when women finally won the vote in 1920, one of the most powerful arguments propelling them to victory was the claim that modern government, in assuming obligation for the education and socialization of children and for the general social welfare, had taken on traditional responsibilities of the household. For many Americans this became the compelling rationale for why women finally needed a voice in their own right.
    That same year Margaret Sanger helped inaugurate a modern human rights conversation that moved beyond traditional civil and political claims of liberty on behalf of women to establish reproductive and sexual rights -- realizing her claim that no woman can call herself free until she can decide whether and when she chooses to be a mother. Yet in order to gain widespread support for her cause, even a firebrand like Sanger wound up abandoning polarizing rhetoric about birth control in favor of a more sanitized, public relations-savvy sales pitch that put families ahead of women under the banner of Planned Parenthood, the organization that remains her global legacy. Nor can we forget that as Sanger lay dying in 1965, the Supreme Court argument that at long last provided constitutional protection to the use of contraception (and later abortion in 1973) focused on the protection of marital privacy. Scarcely a word was mentioned about women's equal rights.
    So, too, when Progressive-era reformers first sought to protect women workers, they argued that women had responsibilities to households and families and therefore needed a cap on their hours and a floor on their wages. With the best of intentions, the protectionist measures formulated under Muller v. Oregon essentially condoned sex discrimination in employment as the law of the land until the 1970s and 1980s, when Ruth Ginsburg and other then-young women's rights lawyers cobbled together equal protection doctrines and opportunities for women ingeniously derived from Title VII of the 1964 Civil Rights Act.
    We need to remember these developments. Public policy, we know, is largely path dependent. How we think and act today is often determined by a past we don't fully understand. This is particularly true for women who have for so long been denied fair recognition as historical actors. History is to the body politic as memory is to the individual, as veteran historian Arthur Schlesinger, Jr. once observed. We need to keep our engagement with history lively, as we are bound to lose our way without it.
    We need history to help us navigate our own troubled times. We especially need it now as we try to unravel the remnants of "coverture" that still constrain women's civil status and as we do so in the face of an intensifying backlash against women's equality.
    The litany of injustices women still face in this country is by now familiar. On the one hand, nearly half of all American workers today are women, and more than a third of them are single heads of household. Their low earnings depress wages overall. On the other hand, in two-income households (though sadly a declining percentage of the total) female earnings are beginning to reach parity with men. In 1980, two thirds of families depended on only a male breadwinner and less than a third of married women with children worked. Today that number is exactly reversed. Yet the myth of traditional domestic arrangements as a norm still persists in our public policies.
    Almost alone among Western democracies, the US provides little or no subsidized childcare and few maternity benefits to women. There is no federal legislation beyond a hard-won mandate for unpaid pregnancy and medical leave, which covers only workers in large organizations. Only a handful of states require paid family leave or flexible hours to cover personal obligations. School hours and educational calendars pay little attention to the absence of parents in most homes. Tax policy, wage scales, Social Security benefits, and health insurance formulas all still discriminate in multiple and often devious ways against working women.
    To add insult to injury, the impulse to push women out of public roles and back to the private sphere now informs the radical misogyny at the core of the social policy agenda of one of the country's two established political parties. However veiled by claims of fiscal responsibility, the reactionary goals of Republicans now serving in the U.S. Congress are transparently clear.
    American women are better educated than ever before. Fewer marry, and those who do wait until they are much older than in generations past. The average size of families has decreased markedly. Labor force participation, as well as civic and political involvement by women, is up despite the many obstacles we still face in balancing obligations at home and at work. Women are driving small business formation and economic growth in this country. They are voting in greater numbers than men and often far more progressively, with significant gender gaps recorded in all but two elections since the 1980s (when anxieties about terrorism in 2002 and about unemployment in 2010 narrowed the divide).
    What women in polling and focus groups continually say is that we need more of a helping hand from government -- measures to enforce equal pay, improved benefits for education and health care, and more spending on the social sector. Instead, under the cover of scare tactics about fiscal doom, we get calls to end affirmative action policies and crush the public sector unions that provide secure jobs in traditional roles like nursing and teaching, and in non-traditional, better paying sectors as well. Women say we need more and better reproductive and maternal heath care. What we get instead are bills to eliminate birth control subsidies for the poor, defund Planned Parenthood, recriminalize abortion, and convey rights to fetuses that are then denied to children once they are born.
    True enough, the GOP is not telling American women we should no longer vote, or go to college, or own property, or hold a job. But the Republican platform quite clearly opposes the core public policies and legal remedies that have secured us these rights through two centuries of struggle. If given their way, the forces of reaction in our country today would restore a patriarchal order that has taken 200 years to overturn.
    The message is clear. The stakes are high. Women's basic claims as citizens in our own right are again at risk. Either we speak up more passionately and reclaim our own historical agency by overturning these injustices, or we condemn our daughters to refight the very battles we once had every reason to think we had won.

    This originally appeared on New Deal 2.0.

    February 25, 2011

    Western Feminism in a Global Perspective

    из статьи под назвой (сабж)

    Margaret Sanger led the battle for reproductive rights, founding the American Birth Control League which would become Planned Parenthood in 1921. Sanger was a nurse working in New York City’s east side who witnessed many women either unable to care for their children or dying from failed abortions. She discovered that the poorest women who were most in need of a means to limit their reproduction were the least likely to have information about their options. She made it her life goal to provide contraception to all women and challenged the Comstock Law of 1873 banning the spread of information about contraception in the United States. Her work eventually resulted in the ability for physicians to prescribe contraceptives over the counter to women (Lind, 41). In many developing countries, contraception and reproductive choice are still not available to women. The poorest of women with the fewest resources who would benefit the most from contraceptives are those who are least likely to gain access to them.

    January 17, 2011

    The Equal Rights Amendment

    Jan. 16, 1957 : The Equal Rights Amendment got a major boost today when President Eisenhower became the first to mention it in a Presidential message to Congress : "The platforms of both major parties have advocated an amendment of the Constitution to insure equal rights for women. I believe that the Congress should make certain that women are not denied equal rights with men," he said. The E.R.A. was first introduced to Congress in 1923 by Senator Charles Curtis and Representative Daniel Anthony, a nephew of Susan B. Anthony. Both lawmakers were Republicans from Kansas. The first hearings followed soon afterward in February, 1924. The Republican party has endorsed it since 1940, the Democrats since 1944. President Truman endorsed in 1945. In 1946 the Senate voted 38-35 in favor - an encouraging show of support, but well short of the 2/3 needed in each house. In 1950 it passed the Senate 63-19, and in 1953 by 73-11, however, that was with an extra section attached by Sen. Carl Hayden (D-Arizona) declaring that "The provisions of this article shall not be construed to impair any rights, benefits or exemptions, now or hereafter conferred by law upon persons of the female sex." The "Hayden Rider" is totally unacceptable to the amendment's author and chief advocate, Alice Paul, of the National Woman's Party. Her amendment guarantees absolute legal equality for both men and women : "Equality of rights under the law shall not be denied or abridged by the United States or by any state on account of sex." Seven years ago, when the "Hayden Rider" was tacked on to her language, she said "It is impossible to imagine the Constitution containing two such paragraphs." She said today that only four more votes are needed in both House and Senate to get the 2/3 necessary to send her original version of the amendment to the states for ratification. Approval of thirty-six of the forty-eight states will then be required to obtain the 3/4 needed for adoption of the proposed 23rd Amendment. (Photo : President Dwight D. Eisenhower)



    Commission: Women should be allowed in military combat units
    PAULINE JELINEK • Associated Press • January 15, 2011

    WASHINGTON -- Women finally should be allowed to serve fully in combat, a military advisory panel said Friday in a report seeking to dismantle the last major area of discrimination in the armed forces.

    The call by a commission of current and retired military officers to let women be front-line fighters could set in motion another sea change in military culture as the armed forces, generations after racial barriers fell, grapples with the phasing out of the ban on gays serving openly.

    The newest move is being recommended by the Military Leadership Diversity Commission, established by Congress two years ago. The panel was to send its proposals to Congress and President Barack Obama.

    It is time "to create a level playing field for all qualified service members," the members said.

    Opponents of putting women in combat question whether they have the necessary strength and stamina. They also have said the inclusion of women in infantry and other combat units might harm unit cohesion, a similar argument to that made regarding gays. And they warn Americans won't tolerate large numbers of women coming home in body bags. Those arguments have held sway during previous attempts to end the ban.

    Congress recently stripped the "don't ask, don't tell" ban on gays serving openly, and the Navy changed its rules during the last year to allow women to serve on submarines for the first time. Women are barred from certain combat assignments in all the services but face the broadest restrictions in the Army and Marines.

    Anu Bhagwati, a former Marine captain and executive director of the advocacy group Service Women's Action Network, said the prohibition on women in combat "is archaic, it does not reflect the many sacrifices and contributions that women make in the military, and it ignores the reality of current war-fighting doctrine."

    Although thousands of American women have served in the Iraq and Afghanistan wars and been exposed to great danger -- 134 of them have been killed -- they have been largely restricted to combat support jobs such as medics or logistical and transportation officers.

    Defense policy prohibits women from being assigned to any unit smaller than a brigade whose primary mission is direct combat on the ground.

    The new report says keeping women out of combat posts prohibits them from serving in roughly 10 percent of Marine Corps and Army occupational specialties and thus is a barrier to advancement.

    "The Armed Forces have not yet succeeded in developing leaders who are as diverse as the nation they serve," said the report. "Minorities and women still lag behind white men in terms of number of military leadership positions."

    Women generally make up about 14 percent of the armed services. Of the roughly 2.2 million troops who have served in Iraq and Afghanistan, more than 255,000 have been women, said Pentagon spokeswoman Eileen Lainez.

    Supporters of the change say women essentially have been in combat for years, even if they are nominally removed from it.

    "It's something whose time has come," said Lory Manning of the Women's Research and Education Institute. She said ending the ban would be "a logical outcome of what women have been doing in Iraq and Afghanistan, where the Army and Marines have been essentially ducking the policy."

    She said, for example, that military officials have employed terms of art to skirt the ban, for example "attaching" women to a combat unit instead of "assigning" them.

    The new report says there has been little evidence that integrating women into previously closed units or military occupations has damaged cohesion or had other ill effects. It says a previous independent report suggested that women serving in combat in Iraq and Afghanistan "had a positive impact on mission accomplishment."

    Defense leaders have said they see the change coming someday. For example, Defense Secretary Robert Gates said in September that he expects women to be let into special operations forces eventually, and in a careful, deliberate manner.

    The advisory commission recommends a phased-in approach. The Army is doing its own internal study of women in combat as well.

    Pentagon figures show that as of Jan. 3, 110 women had been killed in the war in Iraq compared with about 4,300 men. In the Afghanistan campaign, 24 women have been killed compared with more than 1,400 men.

    Lainez said the department will review the recommendations when the report is delivered.

    But regardless of what becomes of the policy, she noted that women will continue to be drawn into combat action, "situations for which they are fully trained and equipped to respond.

    Biggest problems with the following article are 1) it ducks that fact that servicewomen have steadily been in combat, sometimes hand-to-hand, since there is no longer a defined Front Line, and, 2) the real reason they are nominally "attached", not "assigned" to combat duty is that women would then be officially entitled to combat pay, too! See how cleverly the Pentagon works things out to save its budget? Reminds me of when they refused our troops bulletproofed vests and trucks! BE A SKEPTIC.

    January 10, 2011

    Susan B. Anthony Amendment, право голоса американкам

    президент Вильсон и что характерно без расстрелов и конфискаций
    Jan. 9, 1918 : President Wilson has just endorsed the Susan B. Anthony (Woman Suffrage) Amendment ! In a momentous and surprise announcement that is sure to help in tomorrow's crucial House vote, the President has ended many years of evasion and neutrality on the issue by coming out strongly in favor of women having a Constitutionally guaranteed, nationwide right to vote. The announcement came after a meeting with Democratic members of the House Committee on Suffrage, and in the form of a statement given out by its leader : "The committee found that the President had not felt at liberty to volunteer his advice to members of Congress in this important matter, but when we sought his advice he very frankly and earnestly advised us to vote for the amendment as an act of right and justice to the women of the country and the world." The President's influence has long been considered by many to be the final factor needed to gain the last few Democratic votes necessary to get 2/3 approval in both houses of Congress and send the amendment to the States for ratification by 3/4 of the 48. Speculation over his reasons for endorsement at this time runs high. Practical politics certainly played a major part. With Republicans pledged to give the amendment strong support tomorrow, if Democrats block its passage, women in States where they had already won suffrage might vote strongly Republican in the upcoming Midterm Elections to help the amendment's chances in the next Congress. In fact, it was a growing feeling of panic among Democratic leaders about a possible backlash from prosuffrage voters in November which was the reason for tonight's meeting with the nation's highest ranking Democrat in the first place. Reports are that President Wilson went into great detail about why U.S. women should have the vote, and why changed circumstances (such as the War and women's praiseworthy contributions to the war effort) have now made it appropriate for him to end his neutral stance. Suffrage leaders are, of course, elated. Carrie Chapman Catt, President of the National American Woman Suffrage Association said : "We are thrilled by the President's statement to the delegation of Representatives who waited on him seeking his advice about the Federal suffrage amendment. Most of all we do appreciate his setting forth that the passage of the amendment is an act of right and justice at this time to the women of this country and the world." Alice Paul, leader of the National Woman's Party said : "It is difficult to express our gratification at the President's stand. For four years we have striven to secure his support for the national amendment, for we knew that it and perhaps it alone would insure our success. It means to us only one thing - victory. Six-sevenths of the Republicans have already pledged their votes. The Democrats will undoubtedly follow their great leader." The role of the National Woman's Party in pressuring President Wilson into supporting suffrage should not be underestimated. Their picketing of the White House - even when jailed for doing so - to point out the hypocrisy of President Wilson's strong support of democracy worldwide while doing nothing to enfranchise the female half of the U.S. population must certainly have caused great concern to the Administration. And it is perhaps more than coincidence that today's announcement was made exactly one year to the day after a meeting between suffragists and the President in which his unsatisfactory statements on the subject caused such indignation among National Woman's Party members that their picketing of him began the next day. (Photo : President Woodrow Wilson)

    источник (сообщения Дэйва надо проверять, как минимум, по википедии)
    но фактуру он сообщает оч интересную

    May 22, 2010

    Time of Social Revolution and Unrest

    The 1960s began with the election of the first president born in the twentieth century -- John Kennedy. For many Americans, the young president was the symbol of a spirit of hope for the nation.

    Rock-and-roll music had become very popular in America in the 1950s. Some people, however, did not approve of it. They thought it was too sexual. These people disliked the rock-and-roll of the 1960s even more. They found the words especially unpleasant.
    The musicians themselves thought the words were extremely important. As singer and song writer Bob Dylan said, "There would be no music without the words," Bob Dylan produced many songs of social protest. He wrote anti-war songs before the war in Vietnam became a violent issue. One was called Blowin' in the Wind.

    In addition to songs of social protest, rock-and-roll music continued to be popular in America during the 1960s. The most popular group, however, was not American. It was British -- the Beatles -- four rock-and-roll musicians from Liverpool.

    That was the Beatles' song I Want to Hold Your Hand.  It went on sale in the United States at the end of 1963. Within five weeks, it was the biggest-selling record in America.
    Other songs, including some by the Beatles, sounded more revolutionary. They spoke about drugs and sex, although not always openly. "Do your own thing" became a common expression. It meant to do whatever you wanted, without feeling guilty.
    In 1967, poet Allen Ginsberg helped lead a gathering of hippies in San Francisco. No one knows exactly how many people considered themselves hippies. But twenty thousand attended the gathering.
    Another leader of the event was Timothy Leary. He was a former university professor and researcher. Leary urged the crowd in San Francisco to "tune in and drop out". This meant they should use drugs and leave school or their job. One drug that was used in the 1960s was lysergic acid diethylamide, or L-S-D. L-S-D causes the brain to see strange, colorful images. It also can cause brain damage. Some people say the Beatles' song Lucy in the Sky with Diamonds was about L-S-D.

    Many Americans refused to tune in and drop out in the 1960s. They took no part in the social revolution. Instead, they continued leading normal lives of work, family, and home. Others, the activists of American society, were busy fighting for peace, and racial and social justice. Women's groups, for example, were seeking equality with men. They wanted the same chances as men to get a good education and a good job. They also demanded equal pay for equal work.
    A widely popular book on women in modern America was called The Feminine Mystique. It was written by Betty Friedan and published in 1963. The idea known as the feminine mystique was the traditional idea that women have only one part to play in society. They are to have children and stay at home to raise them. In her book, Mizz Friedan urged women to establish professional lives of their own.

    April 11, 2010

    феминистки-ру

    Ссылки на англ.вики, но статейки есть и по-русски

    February 8, 2010

    feminist view

    Faye Wattleton, an African American woman was president of Planned Parenthood from 1978–1992 (14 years)

    need more info bout Faye ;)

    from Do Black Women’s Reproductive Rights Matter?
    atlanta antiabortion
    «atlanta antiabortion» на Яндекс.Фотках